Слава богу, что мы казаки!
В период репрессий с Лубянки, из Лефортова, из других мест в Донской монастырь грузовиками свозили трупы казненных или замученных. И сейчас на территории нового Донского кладбища погребен прах В.К. Блюхера, А.И. Егорова, М.Н. Тухачевского, И.П. Уборевича, И.Э. Якира, А.В. Косарева, И.В. Косиора, Исаака Бабеля, Всеволода Мейерхольда и многих других.
От Барнаула до Москвы…
29 сентября, 10.24.
Стучат колеса фирменного поезда «Барнаул-Москва», мы сидим у окна. Мы – это казаки Змеиногорского станичного казачьего общества: я, Станислав Семенцов, и Андрей Кретов. За окнами проносятся уральские леса, старинные железнодорожные мосты, лесные деревеньки с домиками, шиферные крыши которых покрыты мхом, освещенные оранжевыми огнями тоннели, широкая Волга…
Беседуем с Андреем. Он в казачестве уже более четырех лет, неоднократно заступал в казачьи патрули на охрану границы, занимается охраной различных объектов, имеет казачьи награды и звание старшего урядника.
Когда мне предложили эту поездку в Москву, я сначала не поверил. Но, тем не менее, следуя девизу «Будь готов!», приступил к сборам. Они были недолгими. Нас лично провожал Александр Константинович Сухарев - атаман Змеиногорского станичного казачьего общества. Эта поездка стала возможной благодаря стараниям многих людей. Те, кому не безразлична судьба казачества, выделили средства, братья-казаки дали часть формы и снаряжения. Складывалось впечатление: совсем как раньше, когда казаков отправляли на войну, собирая всем селом.
Донской монастырь. Первые впечатления
01 октября, 21.20.
Раннее утро. С Казанского вокзала на метро добираемся до монастыря. Еще издалека видны его внушительные стены высотой в четыре роста и ажурные колокольни, выполненные лучшими архитекторами классицизма. Стена из красного кирпича очень похожа на укрепления Кремля. Внутри – идеальная чистота. Аромат цветов, как говорится, сбивает с ног. По краям, вдоль дорожек, на аккуратных цветниках вся палитра цветов и красок. Невольно вспоминаются описания рая. В вольере, неподалеку от клумб, горделиво разгуливают павлины…
Сразу за вратами мы видим Большой собор иконы Донской Божьей матери. Его стены окрашены в нежно-красный и белый цвета, которые символизируют кровь, пролитую за Отечество, и Небесное воинство, защищающее православную веру. Рядом с ним – храмы поменьше.
Тут же посреди красивого, аккуратно подстриженного зеленого ковра-газона, как капля росы на листике, небольшой прудик, в котором большими стаями плавают рыбы всевозможных окрасок и дикие утки, неизвестно откуда прилетающие в самое сердце Москвы. Здесь же, неподалеку, монастырский сад, где ветви небольших яблонь согнулись под тяжестью крупных яблок, из которых варят замечательный монастырский компот. Даже теплицы и грядки кажутся неким украшением. Сколько труда и заботы было вложено во все это великолепие!
Нас поселили в помещениях колокольни главных врат… Знакомимся с братьями-казаками из разных отделов. Старший урядник Роман Урюпин - краповый берет, участник боевых действий в Чеченской республике, урядники Павел Ремпель и Михаил Полынов- члены казачьего общества «Спас», Роман Горлов - с Сургута, Юрий Петрович Цымбулов – заместитель атамана Нефтеюганского районного общества. Самый старший по званию - сотник Анатолий Дмитриевич Долбня из Нового Уренгоя. Встречает наш караул полковник Сибирского войскового казачьего общества Василий Васильевич Жуков.
Первое дежурство
2 октября, 14.15.
Раннее утро. Подъем в 6.30. Построение и утренняя молитва. Звенит колокол, и мы следуем в трапезную. Сегодня наше первое дежурство. В кармане - рация, на поясе – нагайка. Патрулируем вместе с Михаилом Полыновым кладбище. Здесь погребены многие известные люди, чьи родовые гербы на старинных семейных склепах и часовнях. Под ногами шуршат листья. Вокруг – поросшие мхом, треснувшие от времени, врастающие в землю гранитные кресты и плиты. Тишину нарушает только стук желудей, падающих на крышу крепостных стен.
Основные посетители некрополя (так называется кладбище) – туристы и паломники, многие из которых приезжают из-за границы. А вот и первый нарушитель – турист из Японии с фотоаппаратом…
Обращаемся по-английски: «Фотосъемка только по специальному разрешению». Господин из Японии, дружелюбно улыбаясь, быстро прячет фотоаппарат и просит прощения. Идем дальше…
Пять часов по стойке смирно
Стою в почетном карауле в Храме Архангела Михаила. Через три часа молитвенной службы форменная фуражка в левой руке весит как чугунная гиря. Считаю: три часа утром и два вечером. Итого пять часов в день «по стойке смирно»… Прихожан много.
После обеда в Храме становится тихо, лишь изредка сюда заглядывают паломники или группы туристов. Храм, в котором я дежурю, является усыпальницей княжеского рода Голицыных. Приподнимаю ковер в том месте, где обычно стою… Ого! Да здесь надгробная плита графини Строгановой, умершей в семнадцатилетнем возрасте! Подобное захоронение в полу церкви сделано не случайно: таково было желание самих погребенных. Это символизирует смирение, готовность и после смерти искупить таким образом (быть попранными ногами молящихся людей) свои грехи. Каждый, кто узнает это, спешит скорее сойти с надгробия, крестится и молится об упокоении погребенных здесь…
Святыни
4 октября, 20.47.
Сегодня у нас экскурсия по монастырю. Мы побывали в келье святителя Тихона, где он долгое время пробыл под охраной красноармейцев. Здесь находятся его гроб, в котором он был погребен, одеяния, книга, меблировка того времени и многое другое. В завершение экскурсии прикладываемся к раке с мощами патриарха.
Вечером, когда мы все занимались своими делами: подшивали подворотнички, чистили и гладили форму, нас посетил отец Лука, который принес каждому по молитвеннику, рассказал о покаянии, ответил на все интересующие нас вопросы…
Исповедь
8 октября, 21.05
Ходил на исповедь к монаху-схимнику Валентину.
Сегодня моя очередь мести листья на кладбище. Вокруг самый настоящий листопад. Пасмурно. Стоит смести метлой целый ворох листьев с надгробия, как тут же у тебя на глазах они падают с деревьев вновь и вновь... Желаешь ты того или нет, но приходится постоянно ходить по чьим-то надгробиям. И если вначале это гнетет, то постепенно свыкаешься с этим и просто делаешь свою работу. Все это для того, чтобы сохранить память о людях – спасти надгробия с их именами от постепенного врастания в землю. Многие из них уникальные. К примеру, статуя девушки и льва, облокотившихся на столик с символической урной с прахом.
Как мы ждали генерала
10 октября, 14.12.
Сегодня приезжал казачий генерал, атаман Сибирского казачьего войска, депутат Государственной Думы Анатолий Иванович Острягин. К его приезду готовились заранее. Вычистили форму, навели идеальный порядок и чистоту в кельях. Каждый из нас имел возможность поговорить с ним лично.
Неожиданный поворот
11 октября, 22.35.
Во время вечерней молитвы какая-то женщина начала тушить свечи по всему Храму. Как поступить в такой ситуации? Разрешить тушить свечи дальше? Не похоже, что она одна из послушниц… Остановить? А может, это один из православных ритуалов? Задув половину свечей в Храме, она удалилась. Только позже мы узнали, что это была «одна из болящих». Таких, как она, положено культурно останавливать, и пару раз подобные «чудачества» мы предотвращали…
Кремль
12 октября, 21.57.
Сегодня были на экскурсии в Кремле. Оказывается, охранники на Манежной площади в Москве… Как вы думаете? Правильно! Казаки Московского областного отдельского казачьего общества. Встретили они нас очень радушно. Вот что значит казацкое братство! Где бы ты ни был, казаки всегда узнают своих, приглашают в гости. После Кремля был Храм Христа Спасителя и женский монастырь Покрова Пресвятой Богородицы, где мы приложились к мощам святой Матроны Московской. На память об экскурсии каждый из нас получил различные буклеты, масло из неугасимой лампады над мощами святой.
Служба
15 октября, обед, 14.02.
Половина срока нашей службы уже прошла. Стояние на молитве воспринимается легко: ноги не затекают и фуражка уже не кажется такой тяжелой, как раньше. Я уже могу, почти не шевелясь, стоять три часа при полном зале прихожан. Мы знаем всю территорию монастыря, быстро находим нарушителей монастырского режима. Попасть за стены монастыря может только дневальный. Время его пребывания там два, максимум три часа. Ничего не поделаешь: режим есть режим.
История с фазаном
17 октября, 14.22.
Воскресенье. Утро. Идем в Храм. На месте, где кормят голубей, мы увидели красивую птицу, клюющую хлеб… Первая мысль: «Открыта клетка с павлинами! Кто их будет ловить?». Сообщаем охраннику. Тот смеется. Оказалось, что эта красивая птица никакой не павлин, а самый настоящий фазан. Его все очень любят в монастыре и держат клетку открытой. Поклевав хлеб и погуляв, фазан сам возвращается назад.
Такое не забывается…
18 октября, 23.01
Если раньше мои знания о Москве ограничивались страницами школьного учебника географии да просмотром телевизора, то теперь я вижу этот огромный красивый город своими глазами. Шпиль МГУ, ВДНХ, Останкинская телебашня. Сегодня через всю Москву мы едем в Троице-Сергиеву лавру. Места, некогда считавшиеся глухими и дикими, которые и выбрал для своего отшельничества Преподобный старец Сергий, теперь являются почти пригородом Москвы. Уже издалека лавра поражает своим величием и красотой… Невозможно описать красоту и величие ее стен…Мы приложились к раке с мощами Сергия Радонежского, целиком сделанной из чистого серебра по приказу Ивана Грозного. Многие места лавры закрыты для посещения, но нас, как казаков, провели и в них. Это и величественный трапезный зал, сделанный итальянскими архитекторами, и комната, где хранятся частички всех мощей святых, когда-либо бывших перезахороненными, также есть и частичка гроба Господня.
Посетили и самый большой в мире православный музей при Духовной академии Троице-Сергиевой лавры, где мы, сибирские казаки, оставили свои подписи в книге посетителей, совсем рядом с подписью Президента России Дмитрия Медведева, осмотревшего с супругой музей незадолго до нас. Уезжали мы из Лавры, когда солнце уже уходило за горизонт... Молчали. Чувствовалось, что каждый оставил здесь частичку себя. Я перебирал свежие, пахнущие ладаном четки, а за окном проносились лес, горящая огнями ночная Москва. Я словно просматривал свою жизнь от самого начала, думал о ней, и мне хотелось, чтобы это никогда не кончалось…
Проза жизни
19 октября, 20.31.
Сегодня наши казаки обнаружили на монастырском кладбище людей в нетрезвом состоянии и культурно выпроводили их за ворота. Такое за время службы случалось неоднократно. Но именно в этом и заключается наша служба… Мы получили благодарность от охраны монастыря. С ней за время службы мы стали единым целым.
Братья-казаки
21 октября, 20.24.
Вчера во время выхода в город (мы были в форме) нас окликнул крепкий мужичок, продающий на рынке мед. Мы подошли, поздоровались. Оказалось, он тоже казак. На следующий день вместе с другим казаком он пришел к нам в гости в Донской монастырь. Оказывается, они тоже охраняют Даниловский монастырь, что неподалеку. А в качестве гостинца он принес три банки меда! Вот это и есть настоящая казацкая дружба!
Мысли
27 октября, 14.08.
Жизнь в монастыре совсем иная, чем в миру: размеренная, неторопливая… Монастырский уклад не меняется на протяжении веков. Как и много лет назад монахи и священнослужители несли службу в стенах Донского монастыря, так и сейчас они молятся о благе всех православных людей. Звон колоколов извещает утреннее и вечернее богослужение, обед. Здесь все иначе, чем в миру. Чтобы понять это, нужно пожить здесь хотя бы неделю. Один день здесь идет за пять, а то и за неделю. А там, за стенами монастыря, мой день проносился как один миг, как ожидание от выходных до выходных. Мне будет очень не хватать покоя Донского монастыря… Здесь было все: счастье и крепкая дружба, грусть и покаяние, радость и расставание… Такое забыть невозможно…
Служба подходит к концу
29 октября, 22.42.
Сегодня перед строем нам зачитали приказ о присвоении званий, вручили большую православную книгу, благодарность за службу от епископа Павлово-Посадского Кирилла, наставника Донского монастыря, и, конечно же, икону Донской Божией матери. В этот день все стремились хоть что-то подарить нам на прощание: матушка Нина – иконы, матушка Ольга – книгу, все уже привыкли к нам и не желали нашего отъезда.
Прощание
30 октября, 23.45.
Сегодня уехала первая группа казаков. Поздно вечером погрузили на машину их сумки. Кто хоть раз прощался с друзьями, знает, как это тяжело. Каждый из нас надеется, что мы еще обязательно встретимся.
Домой
31 октября, ночь, 0.27.
Ночь. И вновь стучат колеса поезда, на этот раз уносящего нас назад, в Сибирь… За окном уже исчезли огни Москвы, темно... А в поезде тепло и светло. Мы шлем SMS своим родным, близким, сослуживцам. Все нас поздравляют, ждут, а дома уже готовят праздничный стол…
